Святитель Григорий Богослов о Природе Святой Троицы

Меню сайта

Категории раздела

Культура [3203]

Этикет [505]

Форма входа

Главная » Статьи » Искусство и культура » Культура

Святитель Григорий Богослов о Природе Святой Троицы

Обозначив, насколько это было возможно, то, как учил святитель Григорий Богослов об Ипостасях Святой Троицы, необходимо определить, что он подразумевал под термином ????? (сущность), и какое отношение она имеет к Лицам Святой Троицы. Можно ли приписать Сущности Бога конкретное, реальное бытие или считать ее общим понятием – находящим свою реализацию в Ипостасях Отца, Сына и Святого Духа, по выражению святителя Григория Богослова, «самосущно существующих».

Когда святитель Григорий Богослов говорит об Ипостасях (или Ипостаси) одновременно говорит и о ????? (природе), потому что невозможно помыслить природу вне Лиц Святой Троицы или «прежде» или «после» Лиц. «Если мы нарушаем в ту или иную сторону равновесие этой антиномии между природой и Лицами, абсолютно тождественными и одновременно абсолютно различными, мы уклоняемся или в савелианский унитаризм (Бог – эссенция философов), или в Тритеизм».

Исповедовать единую природу Божества для святителя Григория Богослова означает видеть в Отце Единый Источник Лиц (Сына и Святого Духа), получающих от него ту же Природу. «По моему суждению сохраняется вера в Единого Бога, когда мы относим Сына и Духа к Единому Началу, не слагая и не смешивая Их и утверждая тождество сущности, а так же то, что можно назвать Единым и тем же самым движением и хотением Божества». «У нас один Бог, потому что Божество одно. И к Единому возводятся Те, Которые происходят от Него, будучи Тремя по вере… Потому, когда имеем в мысли Божество, Первопричину и единоначалие, тогда представляемое нами – одно. А когда мы имеем в мысли Тех, в Которых Божество, и Которые происходят от Первоначала современно и равночестно, тогда поклоняемся Трем».

Можно подумать, что святитель Григорий смешивает Божество (Природу) и Лицо Отца, но в другом месте он делает уточнение: «…естество в Трех единое – Бог, Единение же – Отец, из которого Другие и к Которому Они возводятся, не сливаясь, а сопребывая с ним и не разделяемые между Собою ни временем, ни хотением, ни могуществом».

Бог Отец сообщает, передает Свою единую природу равночестно и Сыну и Святому Духу, пребывая в Них единой и нераздельной, «…хотя сообщается различным образом, ибо исхождение Святого Духа от Отца не тождественно рождению Сына от Того же Отца».

Таким образом, можно заключить, что происхождение Лиц Сына и Святого Духа «обусловлено» тем, что Они получают Божественную природу от Отца. Но неужели здесь вновь тот же субординацианизм, который мы встречали в догматическом изложении христианских апологетов. Не получает ли в таком случае Бог Отец характер Божественного Лица по преимуществу? Святитель Григорий Богослов предчувствовал, что в связи с этим будут затруднения, поэтому дал ответ: «Готов бы я назвать большим Отца, от которого и равенство имеют равные, так же как и бытие… но боюсь, чтобы Начала не сделать началом меньших и не оскорбить предпочтением. Ибо нет славы Началу в уменьшении Тех, которые от Него». «Единое Божество не возрастет, или не умаляется через убавления и умаления, повсюду равно, повсюду то же, как единая красота и единое величие неба. Оно есть Трех Бесконечных бесконечная соестественность, где и каждый, умосозерцаемый Сам по Себе, есть Бог, как Отец и Сын и Дух Святой с сохранением в каждом личного свойства и Три, умопредставляемые вместе – также Бог; первое – по причине единосущия, последнее – по причине Единоначалия».

Из слов святителя Григория Богослова видно, что никакого субординацианизма в отношениях Божественных Лиц нет. Отец больше Сына «по причинности», по природе же они равны. Отец – причина, это лишь термин по «аналогии, всю недостаточность которого мы можем понять, когда следуем путем апофазы: в обыденном нашем опыте причина всегда выше следствий, в Боге же причина, как совершенство личной любви, не может производить следствия менее совершенные, она хочет их равноценными и потому является также причиной их равенства… в Боге нет противопоставления причины следствию, но есть причинность внутри единой природы».

Таким образом, природа Божества не существует вне отдельных Лиц, не есть нечто безличное, но только благодаря Им и существует и, так сказать, воипостазируется, то есть наделяется реальным, конкретным бытием.

Святитель Григорий Богослов и здесь предпочитает молчание вечному говорению человеческого ума. «Как никто не вдыхал в себя всего воздуха, так ни ум не вмещал совершенно, ни голос не обнимал Божией сущности… Никакое логическое определение к ней неприложимо, потому что всякое понятие есть уже вид ограничения». Поэтому святитель Григорий Богослов говорит о «неименуемости Божества, о том, что Он (Бог – А. С. ) выше всякой сущности», «всего мысленного». Он «выше красоты» и даже «выше Божества». Единственно допустимое наименование Его и Его Божественной Сущности есть «Сый» (Сущий). Это очень важный пункт в богословии святителя Григория (а также других каппадокийцев), Бог единственный, кто в полном смысле реально обладает бытием; все же прочее происходит и живет благодаря причастности Его Божеству (или, скажем, пользуясь позднейшей терминологией, причастности Его Божественным энергиям). По слову святителя Григория: «В нем заключается все бытие, и все прочее происходит из него как из своего источника».

«Сый и Бог есть некоторым образом наименование сущности, особенно же такое имя как: Сый, не потому только, что Вещавший Моисею на горе, когда спрошен был о имени, как именовать Его, Сам нарек это имя Себе, и повелел сказать народу: «Сый посла мя» (Исх. 3, 14), но и потому, что это наименование находим наиболее свойственным Богу; имя Сый действительно принадлежит собственно Богу и всецело Ему одному, а не кому-либо прежде и после Него, потому что не было и не будет чем - либо ограничено или пресечено».

Другие статьи по теме:

Нововведения II Ватиканского собора и их противоречия христианству