Бедствие - Наше образование

Меню сайта

Категории раздела

Форма входа

Главная » Статьи » Образование » Наше образование

Бедствие

Когда началась война, в первые дни мы, дети, не воспринимали ее как бедствие, так как еще не ощущали ее на себе, и говорили, что скоро все кончится, фрицев разобьют, мы победим. О войне мы немного знали, помнили финскую кампанию, когда стояли морозы до сорока градусов, а в магазинах появились огромные очереди. В нашем доме был продуктовый магазин, там нам на ладошках писали номера. Стояли за хлебом, сахаром, конфеты вообще исчезли с прилавков.

Поэтому война ассоциировалась с лютыми морозами и отсутствием конфет.

Впервые мы ощутили признаки войны, когда в августе 1941 года маму взяли на рытье окопов в Селижаровский район. Отца на фронт не мобилизовали, так как он имел бронь.

На окопах мама пробыла около двух месяцев, ее привезли на носилках (открылось кровотечение на ногах). Все говорили о приближении немцев к Москве, готовились к эвакуации. Начинались бомбежки. Все клеили бумажные полоски на окна, нас это удивляло: как могут держать эти полоски большие стекла, которые сыпались в домах при бомбежках? Мальчишки лазили на крышу нашего дома, смотрели зенитную стрельбу. Наступали холода, котельные были разрушены, в домах холод. Жили все в кухне, где была плита. Спать по ночам не приходилось, постоянно объявляли по радио: «Граждане, воздушная тревога». Мы брали свои узелки и портфели и спускались в бомбоубежище в соседнем с нами четырехэтажном здании, которое было набито битком жителями многих окружающих домов.

У нас уже были куплены билеты до Уфы, собран багаж. Где-то достали большую тачку и повезли вещи на вокзал сдавать в багаж. У самого вокзала началась сильная бомбежка, ничего не было видно, нас оглушили зенитки. От страха ничего не соображая, мы бросились к ближайшему дому и спрятали головы под крыльцом. Сколько мы так стояли, я не помню. Когда все стихло, мы увидели брата с тачкой, он почему-то долго смеялся. Мы сдали багаж и вернулись домой. В доме паника. Больше всех паниковала наша бабушка: «Надо тикать, надо тикать» (то есть бежать). Вспомнила гражданскую войну на Украине, у нее тогда погиб муж - красный партизан - и многие из родных.

Утром 13 октября был звонок из Кашина, куда переехало Управление внутренних дел. Звонил отец, чтобы мы уезжали, но мама не узнала его голос и твердила, что отца нет в живых.

В этот же день комендант нашего дома объявил жителям, чтобы собирались во дворе, будет подан автобус. В автобус набилось человек двадцать, не считая детей. С чемоданами и большими тюками не пускали, все бросали их прямо во дворе, брали только легкую кладь и детские портфели. В свой портфель я запихала тетради и кукол.

В тот же день мы приехали в Кашин, где нас встречал отец, который проводил наш автобус до Калязина - усадил всех на какой-то небольшой катер. Мы отправились в Углич. Там нас пересадили на баржу с солью. Тащили ее очень долго, нам казалось, что мы никогда никуда не приедем и погибнем здесь все. Баржа была переполнена беженцами. Мы мерзли, голодали.

Спасла нас взаимовыручка, особая общность и доброта людей из коммунальных квартир довоенных лет. Из нашего дома на барже ехали человек 10 - 15, и мы держались одной семьей. Женщины организовали своеобразную коммуну. Продукты распределяли по справедливости и кормили прежде всего детей, которых было большинство, причем двое грудных. Мокрые пеленки сушили на теле, обматывая их вокруг себя.

От холода нас спасла соседка по дому - учительница Доминика Максимовна Иванова, ехавшая с грудным мальчиком Данником. Она сумела захватить с собой большое стеганое одеяло, ставшее общим. Выручали и мамины пуховые вещи - кутались в них сами и ребенка уберегли. Кстати, он выжил, мать одна его воспитала, выучила, он стал прекрасным специалистом технических наук, а Доминика Максимовна учила меня математике в шестом и седьмом классах. Это была известная преподавательница, долгое время работавшая в школах нашего города.

7 ноября 1941 года мы приплыли в Ульяновск. Из Ульяновска до Уфы наша семья и несколько других из нашего дома добирались в товарном вагоне (как тогда говорили, в телячьем). Это был долгий путь, стояла уже настоящая зима с сильными морозами, а в нашем вагоне не было даже печки-буржуйки (в некоторых вагонах печки были). На остановках в открытом поле мы ходили греть чайники к соседям или ждали на станциях, где стояли часами и даже сутками, пропуская вагоны с ранеными и вооружением. Дети все обо всем знали, сообщали, где какие бои, какие города оставили наши войска. Этим жил весь наш вагон.

В Уфу приехали перед самым Новым годом. Нас повели в эвакопункт - огромное здание с колоннами (Дворец культуры или клуб). И самое ужасное, что мы увидели, по полу ползали вши. Мама нас тут же выволокла на улицу. Мы чистили валенки о снег. Это невозможно забыть.

Из Уфы эвакуированных распределяли по разным сельским районам. Нас на поезде довезли до станции Туймаза, а оттуда - до деревни Ново-Алькино Шаранского района. Поселились мы в доме на краю деревни в семье многодетной колхозницы-птичницы Антоновой Анны. Зима была суровая, каждый день Анна приносила из курятника полузамерзших кур, которые размещались тут же в однокомнатной избе с кухней-чуланом. Посредине комнаты стояла железная печурка типа «буржуйки», на которой пекли картошку, облепляя ею всю печь. Испеченные дольки сами отваливались, вкус у них был необыкновенный.

После Нового года я пошла в школу, в третий класс. Учителей в деревне очень уважали, они были моральной опорой деревенских женщин: у многих мужья и сыновья были на фронте. Во время урока женщины часто приходили в класс, читали письма с фронта, а иногда плакали, показывали похоронки, и учительница их утешала.

К нам в деревню приехали ленинградцы-блокадники, класс пополнился городскими ребятами, очень длинными и страшно худыми. Вначале на них было жалко смотреть: бледные, истощенные, одетые не по-зимнему легко, ни у кого не было валенок, ходили в ботинках. Каждое утро их общими усилиями отогревали у печки.

Беженцев-ленинградцев расселяли по всему Шаранскому району, много было их и в самом районном центре, куда мама ездила каждый месяц за переводом, он назывался «аттестат». Мама, по натуре добрая, энергичная, была хорошей хозяйкой, кулинаркой, и по существу, являлась командиром нашей большой семейки. Отправляя детей в школу, следила за малышками, так как хозяйка постоянно была на работе.

Всю осень 1942 года мы собирались домой, трудности были с вызовом, которого мы ждали до конца года. Возвращались из Уфы в нормальных условиях - в пассажирском вагоне, ехали 14 дней, так же стояли на полустанках, пропускали вагоны с ранеными.

Приехали в Калинин в конце декабря 1942 года. Вернулись в разграбленную квартиру. Поселились в одной комнате, которую привел в порядок отец, соорудив в ней печку-плиту. В другой комнате размещался кабинет служащих. Вещи из нашей квартиры собирали в соседних домах, их растащили остававшиеся при немцах жители, многое отдали, так как знали нас.

Школа тоже не отапливалась, сидели за партами в шапках и пальто, замерзали чернила. У многих школьников руки были обморожены. Нам выдавали завтраки: булочку - черный колобок, величиной с крупное яйцо - и чайную ложку песка, который высыпали на бумажку или прямо на парту, все уроки облизывали пальцы, собирая сахар по крупинкам, чтобы растянуть удовольствие. Классы были переполнены (по 45 - 47 учеников). В нашу школу ходили дети, жившие далеко, так как многие школы не работали.

С пятого класса школа стала женской. Нашим классным руководителем была Мария Васильевна Карабанова - заслуженная учительница, которая довела наш класс до выпуска. Нельзя не вспомнить и преподавателей - Николая Алексеевича Забелина, который вел у нас с шестого класса физику, а в десятом - астрономию и был завучем вместе с Мельниковой Зинаидой Семеновной - учителем истории.

В День Победы, когда вся школа ликовала, мы узнали от учителей, что Зинаида Семеновна получила похоронку на мужа. Каким надо быть стойким и мужественным человеком, чтобы при таком горе продолжать вести уроки! Только легкое подергивание головы, оставшееся на всю жизнь, выдавало ее. Судьба у нее была нелегкой, она одна растила дочь и сына, но оба они смогли получить высшее образование…

Несмотря на то что несколько лет моей школьной жизни выпали на тяжелые годы войны, этот период оставил в памяти светлые, самые глубокие воспоминания из-за особой атмосферы доброты и взаимопомощи.

Из воспоминаний заслуженного работника культуры РФ А.Н. Александровой

Другие статьи по теме:

В мае были подведены итоги различных интеллектуальных конкурсов для учащихся городских и сельских школ района, местным организатором...

На этой неделе редакция еженедельника Земляки" организовала экскурсию для учеников 9"б" класса лицея №7

На этой неделе редакция еженедельника Земляки

Пример служения Родине

За шалость несовершеннолетнего телефонного "террориста" родителям придется заплатить.

При полном или частичном копировании матерала с сайта http://vesvladivostok.ru обязательна активная, не закрытая от индексации поисковыми системами ссылка.

Категория: Наше образование | Поместил: Viktor (19.09.2014)

Просмотров: 676 | Теги: образование, интернат, муж, школьники, учительница, Мама, дом, район, дети, школа | Рейтинг: 0.0/0

*При копировании материалов с сайта http://vesvladivostok.ru, желательна ссылка на первоисточник.

Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Новые материалы

Самые читаемые статьи

Как получить ТС со штрафной стоянки в г. Москве? (1)
К родным пенатам (0)
Полетели (4)
Opel Vectra GTS 1. 8-16V (0)
Subaru Outback 2. 5i (0)
СОВЕТЫ ОТ ХРЮШИ И СТЕПАШКИ (0)
Вязание спицами для начинающих (1)
Где в интернете найти ссылки паркур-сайтов? (0)
Jeep Grand Cherokee 4.7i V8 (0)
Домашняя диагностика двигателя (0)
Fiat Grande Punto (3)
Subaru Forester 2. 5XS (3)
Учимся летать (4)
Toyota RAV-4 2.0 16v VVT-i 4WD (0)
Как научить ребенка кататься на велосипеде? (0)
Как выбрать солнцезащитные очки? (0)
Тверская область (0)
Chevrolet Лацетти комплектации Элит (0)
Как на АЗС заправиться до полного бака? (1)
Subaru B9 Tribeca 3. 0R (0)

[ Добавить новость ]

Каталог фирм

Поиск по сайту