Субботнее утро

Но время экспериментирования осталось у них уже позади. Еще кругом рассыпан мусор и грязные балки, но над ними уже отчетливо и ясно высятся контуры могучего здания. Это настоящая вавилонская башня, но башня, приближающая не людей к небу, а небо к людям.

И счастье благоприятствует их работе: люди, строящие ее, не смешали своих языков, они хорошо понимают друг друга. Да, да, да! Как приятно после несовершенства Запада увидеть такое произведение, которому от всей души можно сказать: да, да, да! И так как я считал непорядочным прятать это “да” в своей груди, я и написал эту книгу». О том, что считать прекрасным, спорили не только в прошлом. Что притягивает вереницы посетителей на ВДНХ, а что заставляет пройти мимо? Субботнее утро, удивительное оживление царит на станции метро «ВДНХ» («Выставка достижений народного хозяйства СССР») напротив гостиницы «Космос», гулкий полукруг которой возвышается над улицей, недалеко от главного входа на выставку. По воскресеньям, а главным образом по праздникам, на этой территории, утопающей в звуках музыки из громкоговорителей, движение, разумеется, еще больше. А что будет, когда лето полностью вступит в свои права?! Надо быть свободным от истории, свободным от всяких взаимосвязей и ассоциаций, чтобы гулять здесь.

Театр «Современник»

С правой стороны нынешний театр «Современник», построенный еще до Первой мировой войны архитектором Клейном, — тогда в этом неоклассицистическом белом здании помещался кинотеатр «Колизей». Ближе к метро бульвар ненадолго прерывается; местами он без нужды довольно серьезно изуродован. Возле пруда в середине бульвара стоит ресторан, построенный, кажется, из готовых блоков и гофрированного стального листа. Гости могут сидеть на балконе, похожем на вышки для прыжков в бассейнах. Сретенский бульвар. Идя от него влево по улице Кирова, можно увидеть шиферно-серое здание Почтамта, а если пойти направо — два флигеля здания Центросоюза. К площади обращено безобразное новое здание из шикарного бетона, затем простираются свободные пространства, еще ожидающие застройки. Уже можно догадаться, что там появится: все-таки площадь так тесна, что не сможет разорвать город новой плоскостью, придется идти ввысь. Затем снова постепенно начинается бульвар: по обе его стороны здания фирм и доходных домов с чрезмерно пышной отделкой и страшилищами, заимствованными у собора Парижской Богоматери, только не плюющимися водой. Здесь, однако, как и на всем кольце, преобладают московский классицизм и неоклассицизм, а не формы модерна или английской псевдоготики и новорусского стиля. Бульвар принадлежал аристократии, обновлявшей город после большого пожара. Рождественский бульвар — это нечто особенное. Москва действительно построена на холмах, хотя, может быть, и не на семи, как обычно утверждают.