Прочитал мемуарный роман Евгения Войскунского "Полвека любви". Хорошая книга о сильных и красивых людях. Почти 900 страниц о многих событиях жизни страны, в том числе и о войне, которая пришлась на молодость героев. И все-таки это книга о любви: "Самим Провидением, я верю в это, мы с Лидой были предназначены для Большой Любви. И это верно, что браки совершаются на небесах. Но препятствий было много, много…"
А мне подумалось, что очень многие препятствия создавались не судьбой и не тяжелыми жизненными условиями, а человеческим бездушием. И в те давние времена военные, когда молодой девушке вдруг запрещалось проживать в родном Баку, потому что она вдруг оказалась дочерью "врага народа", и в более поздние, когда в фантастических книгах известного автора обнаруживали крамолу и переставали печатать. И в совсем уж последние, когда с большими трудностями удавалось попасть на лечение к нужному врачу.
Мне кажется, Евгений Львович меньше всего хотел подчеркнуть какие-либо отрицательные стороны советской жизни, но, поскольку он даже в фантастике был сторонником реалистического повествования, эти самые советские "проколы" сами вылезают, потому что так было.
Вот стармех рассказывает, как принимали новый корабль, только что построенный: "Пришел бригадир, мрачный, будто у него ложку из рук выбили. Орденоносец, между прочим, чуть ли не Герой Труда. Снял панели. А там – все кое-как сделано, противопожарная прокладка порвана, порезана, потому и протекает". Или: "Сдаточная команда принесла ящик спирта. Пьяные мастера и прорабы ходили за приемщиками, тянули распить вместе". Вот и остается констатировать автору: "Грустно это. Ох, грустно. Гегемон не хочет работать, хочет выпивать".
Или рассказывает автор, например, как выходят в иностранном порту в город: "Увольнением на берег ведает первый помощник. Он уже составил список, разбил экипаж на тройки. Советские моряки в заграничных портах ходят только втроем, и в каждой группе назначается старший. Состав троек в каждом порту меняется. Таков порядок, придуманный политическим руководством Морфлота: перетасовывать группы увольняющихся на берег, чтобы предотвратить сговор о побеге. Все предусмотрено..."
