Дворцовые  служители

Под клетью в данном случае имеется в виду отдельное срубное помещение хозяйственного назначения, а вот подклет мог подразумеваться как первого типа (условно говоря, первый этаж), так и второго — подземное хранилище, подпол. М. Г. Рабинович, проанализировав описания московских дворов

XVI—XVII веков, встретил упоминания о шестнадцати «поземных» избах и тринадцати домах на подклетах, при этом первые были у феодалов, а вторые — у посадских людей. В княжеском, а затем царском дворце подклеты использовались не только для хозяйственных нужд. Здесь жили княжеские слуги и другие зависимые люди, а в московскую эпоху располагались приказные учреждения, стрелецкие караулы, жилье дворцовых служителей, «мыленки».

В богатом доме высокое парадное крыльцо (оно по традиции называлось «красным») вело прямо на второй этаж Посетитель попадал в красиво отделанные сени, а оттуда — в жилые помещения. Аналогичным образом был организован и вход в главную парадную залу царского дворца — Грановитую палату, также стоявшую на высоком подклете. Комната для приемов именовалась «передней», реже — «столовой». По отношению к помещениям второго этажа упоминалось также общее наименование «горница», поскольку они были «горними» — верхними. Иногда «передняя» и «столовая» существовали отдельно: в первой хозяин беседовал с гостями, садившимися на лавки у стен, во второй происходили пиршества.

Такова, например, была царская «передняя» в Теремном дворце.

Дворянин Иван Пазухин

Дворянина Ивана Пазухина иноземцы «тащили по земли, и били, и за волосы драли», а стрельца Андрея Нестерова застрелили из пистолета. В обоих случаях царь не решился покарать преступников, обладавших дипломатическим иммунитетом, и просил монархов Швеции и Англии «достойное учинить наказание. Другие столкновения заканчивались не столь трагично. В 1659 году майор фон Зален, напившись у датского посланника, возвращался домой и по дороге, решив «пошутить» над торговцем, бросил в того несколько яиц, запачкав ему лицо и одежду. Набежавшие торговцы отлупили майора и его слугу, которых спасли от дальнейшего избиения стрельцы. 8 июля 1677 года англичанин Чарлз Гердон, поругавшись на Балчуге со стрельцом, выхватил шпагу, но, получив поленом по голове, бросился наутек от разъяренной толпы русских и нашел спасение у стрелецкого караула. Материалы этого дела свидетельствуют, что поводом к драке стали выкрикнутые кем-то слова: «Шиш на Кукуй!» Бывало, иностранцы становились невинными жертвами. Так, 9 октября 1685 года на Мясницкой улице на карету датского резидента А. Бутенанта фон Розенбуша напали с палками и дубинами люди стольника Б. К Пыжова, при этом слуг дипломата побили, а его самого «безчестили и оскорбляли». Поддержанием порядка в слободе были озабочены и московские власти, и сами жители.