Словесный оберег

(=h2=)Международный день «спасибо»

Это очень простое слово, хотя и сложное. По происхождению. Ведь когда-то, изначально, это было не слово, а фраза - «Спаси Бог!». Позже грань между ее составляющими стерлась, и получилось наше большое русское «спасибо», праздник которого мы будем отмечать на днях.

Сакральный смысл этого слова, незаметно ставшего во многом проходным, дежурным, этаким правилом хорошего тона, как видим, велик. Это ведь формула - особая, защитная, нечто вроде словесного оберега. Что же до смысла бытового, житейского - то и здесь нам без него не обойтись.

Это - не только проявление вежливости, знак хорошего воспитания, но - слова благодарности безусловной и искренней. В том числе когда речь идет о самом главном и важном. Высказать их можно по-разному. Можно, к примеру, вот так, как на нашем снимке. Одновременно нежно и сурово, по-мужски - не ниже четвертого этажа, метровыми буквами.

С другой стороны, конечно, есть тут, в этих забавах поднебесных (объяснениях в любви и надписях благодарственных, что «все выше, и выше, и выше»), момент один, который меня в некое смущение вводит. Иногда они мне напоминают смс, или письмо некое виртуальное определенного рода, из железного ящика, оскаленного электрическим Интернетом. Часто через Сеть, не видя того, к кому обращаемся, мы способны сказать то, что глаза в глаза произнести намного труднее, на грани возможного. Ну, неловко как-то и все тут!

А потому... Надписи красивые на высоких-превысоких стенах и прочих труднодоступностях - это, конечно, хорошо. Но давайте все же не на расстоянии общаться. Особенно - с самыми близкими и родными для нас людьми. Особенно, когда повод есть приятный еще раз сказать любимым не дежурное, а единственно правильное, теплое слово. Спасибо!

Земля и небо иордани

... Он напряжен и сосредоточен, хоть и по всему видно, что эту работу делает не в первый раз. Хотя можно ли назвать обряд, который выполняет над крещенской иорданью священник, работой? Наверное, все-таки да, для самого исполнителя-то - безусловно. Просто она вот такая - не простая, особая - на перекрестке, в хитросплетенье земного и небесного, где привычно сочетание внешне обычных вещей и действий и высокой, потаенной жизни, за которой глазом не уследишь, - жизни духа.

А на снимке почти физически, кожей ощущаешь вполне материальное напряжение - будто тишина там, внутри, над миром повисла - могучая, плотная. И даже крест опускается в воду неслышно, как тайный и явный опытный воин, уверенный в себе и собственном высоком предназначении и силе. Воин духа. Мир вокруг - и мы в том числе, весь сонм непосредственных участников события и досужих зевак - замер в ожидании. Словно застыл на студеном северном ветру. Застыл и ждет.

Конечно, конечно... Еще чуть-чуть - и все начнется. И тишина взорвется брызгами-визгами-криками, нескрываемым победным восторгом первых, кто ступил в крещенскую (уже освященную, целебную, недоступную никакому врагу) воду нового года.

Здесь будет все - сужу об этом не понаслышке, но как человек несколько последних лет не упускавший возможности троекратно опуститься на Крещение в иордань - труд и веселье, страх и радость, внешний холод и внутренний жар (как лед и пламя!), пожалуй, самого необычного церковного праздника Земли.