Надшахтные копры

Московское метро, пожалуй, в большей степени, чем подземки других городов, — не просто сооружение, расширявшееся в соответствии с конъюнктурой городского роста, разраставшееся потихоньку, как и подобает такой повседневно-полезной вещи, как общественный транспорт. Нет, московское метро хочет, чтобы его понимали как историческое событие, у него есть своя история. Первая шахта была пробита в грунте на Русаковской улице, естественно, не в какой-нибудь обычный день, а 7 ноября 1931 г., в 14-ю годовщину Октября. Когда были установлены первые башенные надшахтные копры — на Мясницкой, в Сокольниках и в Охотном ряду, — москвичи потянулись туда посмотреть на них. Уже дряхлый Ромен Роллан не пожалел себя и в сопровождении Горького разыскал комсомольцев-метростроевцев. И если я не ошибаюсь, то на одной из фотографий (на переднем плане Демьян Бедный и Александр Безыменский) можно увидеть Бертольта Брехта в пролетарском берете, кожаной куртке и роговых очках в гостях у метростроевцев шахты № 10 на Охотном ряду. Во всяком случае, стихотворение он им посвятил. А кто несет знамя Красной армии на Параде Победы по Красной площади? Строитель метро и Герой Советского Союза Константин Самсонов. Прежде чем метро в семь утра 15 мая 1935 г. было передано ведомству общественного транспорта, состоялся обязательный рапорт VII съезду Советов: 2 500 рабочих Метростроя промаршировали в рабочей одежде на заключительное заседание съезда 6 февраля 1935 г., отрапортовали и дали зеленый свет.

Надстройки башен

Здания должны были быть градостроительным императивом, соотнесенным с городом как целым, его структурным признаком, домами, которые не мешают солнцу и ветру, не только функциональными, но и красивыми. С тем большим недоумением стоит сегодня наблюдатель у подножья этих громад: на что ему язык формы, демонстрирующий элементы нескольких стилистических эпох и различных культурных кругов, спаянные в одном здании? Как оценить надстройки башен — и не готические, и не происходящие от Казанского собора? Как связать зубцы, позаимствованные у кремлевских стен, и реалистические скульптуры? Что потеряла над воротами жилого дома скульптура рабочего и крестьянина, превосходящая человеческий рост? Зачем нужны ворота в стиле здания Главного штаба в Ленинграде, ведущие не далее чем на задний двор? Что могло побудить художника и архитектора объединить в одном здании элементы итальянского Возрождения и конструкции крепостей в России, причудливые острия, свойственные татарской архитектуре, и мощные круглые колонны в классическом московском стиле? И что заставило его украсить зал гостиницы, построенной во второй половине XX в., тяжелыми дубовыми орнаментами и неоготическими деревянными панелями прошлого столетия, маленькими круглыми оконными стеклами и рычащими львами, даже если зал ведет все го лишь к лифту, тоже обитому тяжелыми деревянными панелями, а может быть, как раз поэтому? Что вдохновило его на возведение роскошной лестницы, по которой посторонний попадает всего-навсего к парикмахеру?