«Большой Рынок Брюсселя – это прекраснейший театр в мире!» – считал французский писатель Жан Кокто. И действительно, эта центральная точка города Брюсселя более похожа на культурную сцену, чем на площадь.
Она – свидетель городской демократии. Когда богатейшие брюссельские гильдии распустили в 15 столетии аристократическую городскую власть, они сами создали уникальный памятник, состоящий из каре богатейших корпоративных домов и ремесленных цехов. А когда король-солнце Людовик XIV превратил шедевр свободных горожан в гору пепла и обломков, городские гильдии около 1500 года очень быстро отстроили точную копию разрушенного. Кому интересно узнать больше, можно посетить посольство Бельгии в Москве, пообщаться со специалистами, ну а чтобы сформировать объективную оценку – площадь нужно только увидеть собственными глазами.
Сами брюссельцы чрезвычайно гордятся своим историческим достоянием и регулярно участвуют в торжественном историческом ритуале «Оммеганг». Эта торжественная процессия прохождения по площади уже на протяжении почти 700 лет проводится по одному и тому же сценарию, с персонажами, имена которых также сохранились со времен Средневековья. Театр с каменными кулисами. Большая Рыночная площадь была и остается сценой, а которой жили и умирали – в игре и в действительности.
Виктор Гюго писал своей супруге из бельгийской ссылки: «Брюссель воодушевляет меня сверх всякой меры. Ратуша – это бриллиант, а окружающая площадь – это настоящее чудо. Все это возникло в фантазиях поэта и попало в голову архитектора.»
