ТВЕРСКОЙ ДВОРЯНИН И РУССКИЙ РАЗВЕДЧИК

Меню сайта

Категории раздела

Форма входа

Главная » Статьи » Политика » Геополитика

ТВЕРСКОЙ ДВОРЯНИН И РУССКИЙ РАЗВЕДЧИК

Биография Якова Николаевича Толстого способна поразить любого своими неожиданными и даже парадоксальными поворотами. Декабрист, член «Сою-за благоденствия» и литератор, один из основателей общества «Зеленая лам-па», друг А.С. Пушкина - именно таким известен Толстой прежде всего. И мало кто знает о второй половине его жизни: на протяжении почти 30 лет Яков Толстой ревностно служил своему Отечеству за рубежом, на тайном поприще разведчика.

Я.Н. Толстой увидел свет в 1791 году в селе Новые Ельцы Осташковского уезда Тверской губернии. Вначале он воспитывался в частном пансионе, а в 1802 году был отдан на обучение в Пажеский корпус, затем поступил на ар-мейскую службу, видя в этом свой патриотический долг. С 20 ноября 1808 года Яков Толстой - прапорщик лейб-гренадерского полка. Однако при-дворные нравы ему быстро наскучили: в конце 1810 года Толстой уходит в отставку, через год сдает экзамены за полный курс наук в Главном педагоги-ческом институте и получает классный чин коллежского асессора.

После вторжения Наполеона в Россию Я.Н. Толстой восстанавливается в ар-мии и уже 15 июня 1812 года принимает боевое крещение в схватке с аван-гардом французских войск под Кобрином. Он с честью прошел всю Отечест-венную войну, участвовал в заграничных походах русской армии 1813 - 1814 годов. Среди полученных им боевых наград был и высоко ценимый в офи-церской среде орден Святого Владимира с бантом, которым награждали за личную храбрость.

После войны Я.Н. Толстой служит в Петербурге адъютантом генерал-лейтенанта Л.О. Рота в лейб-гвардии Павловском полку, а с 27 января 1817 года - старшим адъютантом дежурного генерала Главного штаба А.А. За-кревского. Через его руки проходят приказы и распоряжения для всей рус-ской армии.

Ответственная государственная служба не помешала молодому офицеру вступить в кружок «лихих рыцарей, друзей свободы и вина» под названием «Зеленая лампа», собрания которого посещали многие известные люди золо-того века, в том числе А.С. Пушкин, А.А. Дельвиг, Н.Н. Гнедич, Ф.Н. Глин-ка…

На заседаниях кружка дворянская молодежь вела себя непринужденно. Раз-говоры о благе свободы и о свержении тирании легко сменялись веселыми застольями со всевозможными остротами и каламбурами, картежной игрой, флиртом и обсуждением театральных интриг. Но Яков Толстой был, пожа-луй, едва ли не единственным, кто выделялся серьезностью, внутренней ор-ганизованностью, интеллектуальной сосредоточенностью. А.С. Пушкин, подметив столь необычные черты его личности, увековечил их в «Стансах Толстому» (1819): «Философ ранний, ты бежишь / Пиров и наслаждений жизни, / На Игры младости глядишь / С молчаньем хладным укоризны…»

1821 год стал очень важным в жизни Толстого. Во-первых, из печати выхо-дит его дебютная книга «Мое праздное время, или Собрание некоторых сти-хотворений Якова Толстого». Во-вторых, он назначается на высокую долж-ность старшего адъютанта Главного штаба (с присвоением чина штабс-капитана) и допускается к работе с особо секретными документами, среди которых были мобилизационные планы и разведывательная информация от военных зарубежных агентов. Именно здесь Я.Н. Толстой осознал безуслов-ную полезность и необходимость заграничной разведки, что сыграло сущест-венную роль в его дальнейшей судьбе.

Будущее сулило Толстому высокие чины, награды и блестящую служебную карьеру. Но витающие в воздухе идеи революционного вольнодумства при-вели его на собрания тайного общества - «Союза благоденствия». Офицер и не подозревал, во что выльется для него это политическое фрондерство…

23 апреля 1823 года, взяв годичный отпуск, Толстой уезжает в Париж для ле-чения больной ноги. Там он успешно пробует себя в журналистике: в россий-ском журнале «Сын Отечества» появляются его статьи о французской поли-тике, литературные и театральные обзоры. Кроме того, с 1824 года в акаде-мическом журнале «Ревю энциклопеди» он ведет постоянную колонку, по-священную русской литературе.

При расследовании событий на Сенатской площади 14 декабря 1825 года имя Я.Н. Толстого всплыло в списках тайных обществ. Весной 1826 года он по-лучает предписание следственной комиссии незамедлительно прибыть в Рос-сию. Несмотря на мягкий приговор - «отдать под секретный надзор началь-ства и ежемесячно доносить о поведении», Толстой отказывается выполнить это распоряжение и фактически становится «невозвращенцем». В результате - увольнение со службы, лишение прав на армейский пенсион и дворянские привилегии. И это при огромных долгах и потере остальных средств к суще-ствованию.

Яков Толстой начал жить литературным заработком - писать о России для парижских изданий, рискуя вызвать к себе враждебное отношение. Франция не могла простить нашей стране Венского мира, который ликвидировал все завоевания Наполеона. Еще с середины 20-х годов XIX века во французской прессе один за другим публикуются антирусские памфлеты, авторы которых стремились не только превратно истолковать внешнюю политику Николая I, но и очернить российскую историю и национальный менталитет русского народа. Вновь движимый искренним патриотизмом, Толстой встал на защиту престижа Родины, разоблачив в печати несколько подобных материалов.

В отстаивании чести Отечества бывший боевой офицер шел до конца. В 1829 году в Париже были изданы записки Виктора Манье, служившего в турецкой армии и взятого в плен во время Русско-турецкой войны 1828 - 1829 гг. Воз-вратившись во Францию, Манье вылил потоки оскорблений и клеветы на русскую армию: приписал ей многочисленные зверства, которых в реально-сти не было. Я.Н. Толстой брошюрой «Возражение французскому офицеру» дал Манье резкую и доказательную отповедь. А когда тот обвинил в клевете самого Толстого, то последовал вызов на дуэль, идти на которую Манье не осмелился и в печати больше не выступал.

Куда больше хронического безденежья Я.Н. Толстого угнетала тоска по ро-дине. Однако его патриотические поступки не остались без внимания в Пе-тербурге. При участии П.А. Вяземского Толстой получил возможность пуб-ликоваться в «Московском телеграфе», но не это было главным для неволь-ного изгнанника. Преодолев юношеские заблуждения, Яков Толстой заново переосмыслил сущность своего личного долга перед Россией. 13 августа 1830 года он написал брату: «…если бы наше правительство захотело употребить меня здесь, я мог бы принести ему большую пользу, так как знаю превосход-но Париж с его духовной стороны и нахожусь в сношениях с влиятельными людьми…»

С 1833 года Я.Н. Толстой всячески содействует прибывшему в Париж в каче-стве корреспондента Министерства народного просвещения Э.П. Мещерско-му в сборе нужной информации «о ходе и направлении современного про-свещения во Франции». Именно Мещерский начал хлопотать за определение Толстого на службу перед графом А.Х. Бенкендорфом, начальником III отде-ления собственной его императорского величества канцелярии (созданного в 1826 году специального полицейского ведомства с контрразведывательными и разведывательными функциями).

Окончательная «политическая реабилитация» Я.Н. Толстого состоялась в ав-густе 1836 года. На личную аудиенцию его вызвал в Петербург сам Бенкен-дорф. По распоряжению Николая I посол России во Франции граф П.П. Па-лен выдал Толстому 10000 рублей для расчета с кредиторами.

Этот выстраданный и решающий жизненный шаг Якова Толстого много лет оценивался, особенно советскими историками, в высшей степени необъек-тивно, представлялся как позорное, аморальное и недостойное деяние. Как же, агент пресловутого III отделения! Такое отношение к Я.Н. Толстому не-правильно, поскольку оно не учитывает ни трагизм его личной судьбы, ни его любовь к Родине и монархическое мировоззрение, ни моральные нормы той эпохи, связанные с понятиями чести и долга. Восстановить истину помо-гут факты.

22 декабря 1836 года, остановившись на пути в Петербург в Варшаве, Я.Н. Толстой подает наместнику Польши фельдмаршалу И.Ф. Паскевичу доклад-ную записку, где, между прочим, объясняет мотивы своего поступка: «Если бы мои личные средства были достаточны, я счел бы себя счастливым по-жертвовать их на дело, которое всегда считал своим и которое всегда, даже в постигшем меня несчастии, я поддерживал со всей энергией, какую может внушить самая чистая любовь к государю и к родине. Но, к несчастью, я не-богат, и я вижу себя вынужденным просить поддержки правительства».

В этой же записке он изложил подробный план подкупа самых влиятельных французских газет и журналов - «Газетт де Франс», «Котидьенн», «Пресс», «Франс» и «Кроник де Пари» - для укрепления в них прорусской ориента-ции. Свои предложения Толстой основательно углубил и расширил в доклад-ной записке А.Х. Бенкендорфу, продолжительная беседа с которым состоя-лась 29 января 1837 года. В ней Толстой опять подчеркнул: «Я не скрываю от себя предстоящих опасностей и принимаю на себя переносить их мужествен-но и с достоинством».

Доводы Я.Н. Толстого были убедительны. А.Х. Бенкендорф, заботясь об опе-ративном прикрытии своего нового сотрудника, в тот же день пишет письмо С.С. Уварову о принятии Толстого на службу в Министерство народного просвещения на должность своего парижского корреспондента с жалованием 3800 рублей в год.

К проведению активной и целенаправленной разведывательной деятельности Я.Н. Толстой приступил после возвращения в Париж в октябре 1837 года. С тех пор он регулярно посылал в III отделение обзоры европейской прессы, годовые отчеты и рапорты о результатах проделанной работы. А результаты эти были впечатляющими. В частности, Толстой разработал программу пуб-ликаций в авторитетной французской периодике (путем подкупа редакторов) множества изготовленных в России официальных позитивных материалов о ее политическом и социальном положении. С этой целью он собрал и отпра-вил А.Х. Бенкендорфу статистические таблицы по французской и английской прессе, содержавшие информацию о 125 изданиях с характеристикой их по-литической направленности, тиражей, круга подписчиков, а также сведения о личных качествах их редакторов.

С 1838 года Я.Н. Толстой начал производить негласные денежные выплаты целому ряду редакций. Ему удалось привлечь к конфиденциальному сотруд-ничеству ряд известных французских журналистов, в том числе редактора га-зеты «Пресс» Эмиля де Жирардена. Кроме того, через свои связи разведчик предотвратил издание во Франции нескольких сочинений, критикующих российскую действительность.

Среди осевших во французской столице русских Толстой имел прочную ре-путацию хлебосольного хозяина (свое транжирство он умело легендировал получением доходов от родового имения в Тверской губернии) и человека, вхожего в литературные салоны, дипломатические и политические сферы. По этой причине он участвовал и в разработке политических эмигрантов из Рос-сии, Польши, а также контактирующих с ними оппозиционеров из Германии и Италии. Яков Толстой завоевал доверие известного мирового анархиста и бунтаря, своего земляка Михаила Бакунина и патриарха русских эмигрантов в Париже Николая Тургенева. При помощи берлинского сотрудника III отде-ления Швейцера Толстому удалось выйти даже на Карла Маркса.

В феврале 1848 года во Франции вспыхнула революция. О ее приближении разведчик начиная с 1844 года постоянно и подробно информировал Петер-бург. С марта по декабрь 1848 года Толстой сам наблюдает за событиями, происходящими на улицах Парижа, и ежедневно шлет подробные отчеты об увиденном через запасной, брюссельский, канал связи. Иначе было нельзя: его парижская корреспонденция усиленно перлюстрировалась.

Вскоре благодаря самоотверженности Я.Н. Толстого Россия располагала ис-черпывающей информацией обо всех членах нового республиканского пра-вительства, их личных качествах, пристрастиях и амбициях, а также данными о расстановке в парламенте политических сил. За два месяца до выборов пре-зидента (им стал Луи-Наполеон Бонапарт, внучатый племянник Наполеона I) Толстой, опираясь на свою агентурную сеть в парламенте, в точности пред-сказал их исход. В сентябре 1848 года через агентуру в Военном министерст-ве Франции он сумел добыть и переправить в Россию совершенно секретные сведения о численном составе, размещении (вплоть до батальона), вооруже-нии, материальной части французской армии, а также о царивших в ней по-литических настроениях. Все это обеспечило четкость при планировании во-енно-политических действий России по подавлению революции в Венгрии.

После победы на выборах Луи-Наполеона Толстой занимается преимущест-венно сбором геополитической информации, одновременно выступая в прес-се как публицист. С марта 1850 года в его донесениях усиливается тревога в связи с ростом русофобии в Великобритании, серьезно обеспокоенной при-сутствием России в Азии. В письме от 27 марта 1850 года разведчик сообща-ет о намерении Англии «уничтожить русский флот и сжечь Севастополь». С мая 1853 года он все чаще докладывает в Петербург о подготовке Велико-британией в союзе с Турцией и Францией войны против России.

Своего апогея разведывательная карьера Я.Н. Толстого достигла в период Крымской войны. Еще в конце 40-х годов XIX века он завербовал некоего Паскаля в бытность того секретарем крупного французского военного теоре-тика и историка генерала Генриха Жомини. Позже Паскаль стал военным обозревателем журнала «Спектатер милитер» и передал Толстому немало информации о вооруженных силах Франции. После прихода к власти Напо-леона III Паскаль назначается его военным секретарем. Более ценного агента среди доверенных приближенных императора Франции у России тогда не было. Копии с проходивших через Паскаля военных документов Толстой по налаженным каналам оперативно отправлял в Петербург, в Главный штаб, где когда-то сам трудился в молодости.

После подписания Россией мирного договора император Александр II изъя-вил желание, чтобы Я.Н. Толстой остался в Париже «на прежнем основа-нии». Но давал о себе знать груз прожитых лет. Толстой постепенно отходит от разведывательной деятельности, занимаясь публикацией литературно-исторических трудов и переводами русских поэтов, прежде всего А.С. Пуш-кина. В 1863 году он приехал в Россию, чтобы решить вопрос о продолжении службы на родине, однако безуспешно.

19 июня 1866 года в возрасте 75 лет Яков Николаевич Толстой вышел в от-ставку. К высокому чину тайного советника (по табели о рангах - статского генерала) и множеству полученных за службу наград добавилась пенсия в 2000 рублей в год. Только все это уже не принесло ему ожидаемой радости. Ностальгия и старые болезни не оставляли Толстого, и 15 февраля 1867 года он скончался в Париже в полном одиночестве, не оставив прямых наследни-ков. Последний приют Я.Н. Толстой обрел там же - на Монмартрском клад-бище, недалеко от могил Гектора Берлиоза и Генриха Гейне. Могила русско-го разведчика сохранилась до наших дней.

Даже с высоты XXI века деятельность Я.Н. Толстого можно воспринимать по-разному. С одной стороны, многолетний, сопряженный с личной опасно-стью подвижнический труд тайного вестника, добывание важной разведыва-тельной информации стратегического характера и отстаивание международ-ного престижа России во враждебном окружении за рубежом; с другой - вы-полнение задач политического сыска, разработка русской эмигрантской оп-позиции. Но совесть русского человека побуждала его измерять каждый по-ступок одной-единственной мерой - искренней любовью к Отечеству и же-ланием отдать свои силы и ум на служение державе российской. И потому Яков Толстой, тверской дворянин, оставивший заметный след в истории рус-ской разведки, достоин благодарной памяти потомков.

Александр БОЙНИКОВ

Уголовные дела возбуждены против главных приставов Абакана и Черногорска