Дорогу на самую вершину мафиозной иерархии Джон Готти прокладывал убийствами и ложью. ФБР долго не могло предъявить обвинение «Тефлоновому Дону», пока «крестного отца» нью-йоркского клана не предала его же правая рука - Гравано по кличке «Сэмми-Бык», который убил по приказу своего шефа около сорока человек.
Джон Готти - босс боссов всех «семей» американской мафии - в своем восхождении на олимп преступной империи, получавшей ежегодный доход в 16 миллионов долларов, сделал всего одну ошибку. «Крестный отец» доверился специалисту по «мокрым» делам Сальваторе Гравано и назначил его своим заместителем.
Более тридцати лет Джону Готти удавалось ускользать от справедливого возмездия за многочисленные убийства и насилия, которые числились на кровавом счету преступного клана.
Показания Гравано, арестованного вместе с шефом и без липших угрызений совести предавшего его, помогли правосудию засадить Готти в тюрьму на всю оставшуюся жизнь.
«Сэмми-Бык» «раскололся» в 1992 году, согласившись стать свидетелем обвинения. Его показания разрушили могущество мафиозного клана.
Готти, окруживший себя сборищем дельцов наркобизнеса, сутенеров и убийц, казался им щедрым и великодушным парнем. Каждый год он устраивал традиционный фейерверк в честь Дня независимости США, на радость всей округе запуская в небо ракеты на тысячи долларов.
На улицах восторженные почитатели цеплялись за его пальто, выкрикивали приветствия, когда он пробирался к неприметному зданию, арендуемому мафией прямо в центре «малой Италии» - одного из наиболее криминальных районов Нью-Йорка.
За его бронированными дверями, начиненными сигнальной аппаратурой и сверхсекретными замками, Джон Готти вершил свой суд. Это был офис «Франта Дона», как его еще называли. Здесь с преступника спадала маска филантропа. Азартные игры, незаконная торговля спиртными напитками, проституция, наркотики и убийства были его бизнесом, и Готти вел его со знанием дела. Недаром ФБР окрестило Готти «Тефлоновым Доном»: все обвинения отскакивали от него, не оставляя даже царапины.
Он был неуязвим, потому что всегда находились свидетели, готовые под присягой подтвердить непричастность «крестного отца» к тому или иному преступлению.
Эти люди прекрасно понимали, какая страшная кара их ожидает, если они скажут хоть одно слово против безжалостного главаря мафии.
