«От самых древних времен, - говорится в постановлении II Ватиканского собора, - по сей день, существует у различных народов некое восприятия то й таинственной силы, которая присутствует в ходе вещей…, иногда даже признание верховного Божества или же Отца. Это восприятие и признание пронизывает их жизнь глубоким религиозным содержанием…, в индуизме люди исследуют божественную тайну…, прибегая к Богу с любовью и упованием…, буддизм учит пути, которым люди… могут… достичь наивысшего озарения собственными усилиями или с помощью Свыше».
«Католическая церковь, - говорится далее,- не отвергает ничего из того, что истинно и свято в этих религиях».
Новое положение Римско-католической церкви откровенно идет в разрез многовековому опыту Церкви, которая от начала своего основания имела совершенно определенное суждение о языческих верованиях. Апостол Павел, наставляя в правой вере коринфских христиан, говорит: «Язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу. Но я не хочу, чтобы вы были в общении с бесами». (1 Кор. 10, 20) Следуя логической предпосылке собора, необходимо признать, что христианские мученики древней Церкви напрасно претерпевали гонения и лютую смерть за исповедание имени Христова, напрасно отказывались приносить жертвы идолам, бесам, напрасно и мы, христиане, в том числе и Католическая церковь, прославляем их подвиг как свидетелей (с греч. -«мучеников») Славы Христовой. Противоречия подобных рассуждений неминуемо привели к абсурдности действительное положение римского католицизма. Несмотря на лояльность Католической церкви к «языческому миру», они, в свою очередь, не собираются признавать ни одной из истин Христовой Церкви. Сам Господь говорил: «…не бросайте жемчуга вашего перед свиньями» (Мф. 7,6), а католики, отождествляя верховное божество с Отцом Небесным, независимого от Сына и Духа Святого, создают новое божество, самостоятельного бога-идола – «Отца», повергая под ноги «свиньям» Самого Христа.
